Неточные совпадения
«Мой секундант? — сказал Евгений, —
Вот он: мой друг, monsieur Guillot.
Я не предвижу возражений
На
представление мое;
Хоть человек он неизвестный,
Но уж, конечно,
малый честный».
Зарецкий губу закусил.
Онегин Ленского спросил:
«Что ж, начинать?» — «Начнем, пожалуй», —
Сказал Владимир. И пошли
За мельницу. Пока вдали
Зарецкий наш и честный
малыйВступили в важный договор,
Враги стоят, потупя взор.
Вронский поехал во Французский театр, где ему действительно нужно было видеть полкового командира, не пропускавшего ни одного
представления во Французском театре, с тем чтобы переговорить с ним о своем миротворстве, которое занимало и забавляло его уже третий день. В деле этом был замешан Петрицкий, которого он любил, и другой, недавно поступивший, славный
малый, отличный товарищ, молодой князь Кедров. А главное, тут были замешаны интересы полка.
Государь отвечал, что это было бы несправедливо относительно других сосланных, но, взяв во внимание
представление наследника, велел меня перевести во Владимир; это было географическое улучшение: семьсот верст
меньше.
Когда я была
маленькой девочкой, то мой отец и мамаша ездили по ярмаркам и давали
представления, очень хорошие.
Хиония Алексеевна в эти немногие дни не только не имела времени посетить свою приятельницу, но даже потеряла всякое
представление о переменах дня и ночи. У нее был полон рот самых необходимых хлопот, потому что нужно было приготовить квартиру для Привалова в ее
маленьком домике. Согласитесь, что это была самая трудная и сложная задача, какую только приходилось когда-нибудь решать Хионии Алексеевне. Но прежде мы должны сказать, каким образом все это случилось.
— Она уж несколько раз просила меня привести тебя, — врал Виктор Васильич, которому хотелось устроить
маленькое домашнее
представление и вспугнуть старух.
В
Малом театре на
представлении, сколько помню, «Женитьбы» совершенно неожиданно дядя заметил из кресел амфитеатра моего отца. С ним мы не видались больше четырех лет. Он ездил также к выпуску сестры из института, и мы с дядей ждали его в Москву вместе с нею и теткой и ничего не знали, что они уже третий день в Москве, в гостинице Шевалдышева, куда он меня и взял по приезде наших дам из Петербурга.
И мог ли этот нижегородский гимназист мечтать, что в этом самом
Малом театре, куда он попал на Масленице 1853 года, через восемь всего лет, в декабре 1861 года, он будет раскланиваться из министерской ложи публике на первом
представлении «Однодворца», в бенефис Садовского, игравшего главную роль.
Я знал с незапамятных времен, что у нас была
маленькая сестра Соня, которая умерла и теперь находится на «том свете», у бога. Это было
представление немного печальное (у матери иной раз на глазах бывали слезы), но вместе светлое: она — ангел, значит, ей хорошо. А так как я ее совсем не знал, то и она, и ее пребывание на «том свете» в роли ангела представлялось мне каким-то светящимся туманным пятнышком, лишенным всякого мистицизма и не производившим особенного впечатления…
И вот крики боли начинают мало-помалу стихать, и недавний вопль:"Унизительно, стыдно, больно!"сменяется другим:"Лучше не думать!"Затем человек уже делается рассудительным; в уме его постепенно образуется
представление о неизбежном роке, о гнетущей силе обстоятельств, против которой бесполезно, или, по
малой мере, рискованно прать, и наконец, как достойное завершение всех этих недостойностей, является краткий, но имеющий решающую силу афоризм:"Надо же жить!"
Мир, сверкавший, двигавшийся и звучавший вокруг, в
маленькую головку слепого проникал главным образом в форме звуков, и в эти формы отливались его
представления. На лице застывало особенное внимание к звукам: нижняя челюсть слегка оттягивалась вперед на тонкой и удлинившейся шее. Брови приобретали особенную подвижность, а красивые, но неподвижные глаза придавали лицу слепого какой-то суровый и вместе трогательный отпечаток.
И в самый разгар моей нервной работы, когда я, стоя у окна, решал уже уехать куда-нибудь, помимо графской усадьбы, терзал себя рассуждениями, самопопреками и
представлениями картин любви, которые ожидали меня у Ольги, моя дверь тихо отворилась, сзади меня послышались легкие шаги, и скоро шею мою обвивали две
маленькие, хорошенькие руки…
Общий поклон их величеств — и все офицеры, задыхавшиеся от жары в суконных застегнутых мундирах, кажется, не
меньше любезных хозяев обрадовались окончанию
представления и в сопровождении все того же мистера Вейля довольно поспешно вышли из тронной залы в приемную, где были расставлены прохладительные напитки: сельтерская вода, лимонад, аршад и обыкновенный американский напиток «cherry coblar» — херес с водой и с толченым льдом.
Очевидно, каначка не имела никакого
представления или, быть может, весьма смутное о русских матросах; тем не менее, она любезно кивнула головой, словно бы вполне удовлетворенная ответом, и предложила матросам
маленькую связку бананов и не взяла платы, когда матросы ей предложили.
И публика первых
представлений Малого и Большого театров, не признававшая оперетки и фарса, наполняла бенефисы своих любимцев.
Каждый московский театр имел свою публику. Самая требовательная и строгая публика была в
Малом театре. На первых
представлениях всегда бывали одни и те же строгие, истинные любители искусства. Люди, повидавшие все лучшее за границей, они в состоянии были заплатить огромные деньги барышникам или при помощи связей и знакомств получить билеты из кассы.
На первых
представлениях Малого театра, кроме настоящих театралов, бывало и именитое московское купечество; их семьи блистали бриллиантами в ложах бельэтажа и бенуара. Публика с оглядкой, купечески осторожная: как бы не зааплодировать невпопад. Публика невыгодная для актеров и авторов.
Публика первых
представлений Малого и Большого театров, не признававшая оперетки и фарса, заполняла зрительный зал театра Лентовского в бенефисы своих любимцев. В 1882 году, в первом году его блеска (год Всероссийской выставки), в саду «Эрмитаж», залитом (впервые в Москве) электричеством, кто-то в публике, указывая на статную фигуру М.В. Лентовского в белой чесучовой поддевке, бросил крылатое слово...
Он был невысокого роста, круглая его голова с жиденькой косичкой поседевших волос, мелкие черты лица, но без глубоких морщин, смуглая кожа, небольшая темная растительность на верхней губе и подбородке,
маленькие руки и ноги дадут читателю некоторое
представление о человеке, с которым впоследствии мне суждено было очень сдружиться.
Мужчины носили волосы, заплетенные в одну косу, а женщины — в две косы. Прибавьте к этому браслеты и кольца на руках и большие серебряные серьги в ушах, и вы получите ясное
представление об орочском прекрасном поле. Только старые женщины имели в носу
маленькие сережки (тэматыни).
Так и случилось: посторонние посетители у нас не переводились во весь праздник; иной вечер приходило больше, другой
меньше, а в последнее
представление так ни одного места на скамьях не оставалось незанятым.
Так говорит Солон.
Представление о положительном счастье вообще совершенно отсутствует в этой литературе. «Без страданий нет никого; у кого
меньше всего страданий, тот — счастливый», учит Софокл. И в одно с ним говорит Еврипид: «Страдать должны мы все; мудр тот, кто всего благороднее несет посланный жребий».
—
Малый весьма дошлый и усердный. По правде вам сказать, он один и действует. Монашествующая наша братия да и белое духовенство не пускаются в такие состязания. Одни — по неимению подготовки, а другие — не о том радеют… Чуть что — к светскому начальству с
представлениями: «и это запрети, и туда не пущай». И нашему-то брату стало куда труднее против прежнего. В старину земская полиция все была… и вязала, и решала. А теперь и послабления допускаются, и то и дело вмешательство…
По общему согласию, сочинили театральный устав, который утвердили подписями всех участвующих в театральных
представлениях, и выбрали меня, несмотря на мою молодость, директором труппы, но, увы, ненадолго: едва успели мы сыграть комедию того же Коцебу «Брюзгливый» и
маленькую пиеску «Новый век», в которых я также отличился, как стечение несчастных обстоятельств на целый год удалило меня со сцены.
Быстро сбегая с лестницы, Евсей садился где-нибудь в тени и оттуда наблюдал за Анатолием. Двор был
маленький, со всех сторон его ограждали высокие стены домов, у стен лежал грудами разнообразный хлам, на нём сидели, отдыхая, мастеровые, мастерицы, а на средине его Анатолий давал
представление.
И люди не видят того, что
представление о том, что вопрос получает разрешение в бесконечно
малом, есть несомненное доказательство того, что вопрос поставлен неправильно.
Твой кивок в сторону Грацианова убеждает меня, что ты смешиваешь отечество с начальством, или, по
малой мере, ставишь
представление о первом в зависимость от
представления о последнем. Исполнять приказания начальства — вот, по-твоему, что значит быть истинным сыном отечества. Ясно, что ты ровно ничего не понимаешь.
— Памфалонов дом сейчас здесь за углом, и у него наверно теперь в окне еще свет светится, потому что он вечером приготовляет свои скоморошьи снаряды, чтобы делать у гетер
представления. А если у него огня нет, так ты впотьмах отсчитай за углом направо третий
маленький дом, входи и ночуй. У Памфалона всегда двери отворены.
Носилки тронулись. При каждом толчке он опять чувствовал невыносимую боль; лихорадочное состояние усилилось, и он начинал бредить. Те мечтания об отце, жене, сестре и будущем сыне и нежность, которую он испытывал в ночь накануне сражения, фигура
маленького, ничтожного Наполеона и над всем этим высокое небо, составляли главное основание его горячечных
представлений.